Лонгрид

«Или любовь, или разочарование». Гид объясняет, почему Алтай подходит не всем

В последние годы Алтай превратился в настоящий магнит для путешественников со всей России. Но что на самом деле ждёт туристов за яркими фотографиями из соцсетей? Мы поговорили с гидом Никитой Шафиковым, который показывает гостям самые потаённые уголки Алтая.
«Или любовь, или разочарование». Гид объясняет, почему Алтай подходит не всем

— Никита, как вы стали гидом, с чего начинали? Это был осознанный выбор или стечение обстоятельств?

— Я сам заядлый путешественник. И эта тема мне очень близка всегда была. А еще любовь к красивому, новому, необъятному. Любовь к природе.

Изначально идея заняться турами возникла, как ни странно, в тайге. В охотничьих угодьях отца моего друга Алексея Калачёва (с кем мы работаем по сей день). Это довольно отдалённый район Республики Алтай, в окрестностях села Усть-Кумир —  совершенно нетуристическое место. И вот, представьте: июнь, тайга, берег реки, тихий вечер, мы сидим у костра, на душе благостно, не передать словами… И я говорю: «Лёх, тут настолько круто, давай попробуем это кому-то показать». Возникло желание разделить атмосферу дикой, нетронутой природы с другими.  И мы начали предлагать людям посмотреть эти места, которые сами полюбили.

Вскоре случился первый пробный тур. Мы организовали полный комплекс с питанием, проживанием, трансфером, забросками и развлекательной программой…   Ребята ныряли в речку после бани, мазались мёдом с солью, парились специальными вениками, спали на ульях, дегустировали медовуху. Мы даже устроили ночёвку на сеновале. Люди, приехав туда, получили абсолютно новый опыт экотуризма, который сейчас только набирает обороты.  Очень всем понравилось.

— У вас получилось дать эксклюзив. Какие еще маршруты востребованы?

— Самый популярный — путешествие по Чуйскому тракту. За пять дней стандартного тура мы закрываем порядка 1300 километров. За это время туристы успевают познакомиться с Алтаем.   Есть комбинированные программы, где часть маршрута передвигаемся на авто, а часть – выделяем для пешего похода. Чтобы человек не просто окунулся глубже в популярный Алтай, но и увидел его под другим углом, глазами настоящего путешественника. Я всегда повторяю, чтобы знакомство с Алтаем состоялось, нужно ни один раз приехать сюда.   

— А сколько человек берете в группу? И какая аудитория сейчас самая активная?

— У нас несколько направлений. Есть индивидуальные туры, например, семья с детьми, коллеги по работе, друзья. И под запрос компании мы строим маршрут. А есть авторские туры, которые мы с Алексеем продумываем еще с зимы, анонсируем, набираем группу человек двенадцать-четырнадцать.

Основная масса — молодежь лет до сорока. Люди ищут не тусовок, а покоя, тишины, свежего воздуха, новых впечатлений. Очень много одиноких путешественников, которые находят друзей прямо в туре. После поездки продолжают общаться, ездят вместе уже в другие страны. Бывает даже, что пары создаются в наших группах и потом переезжают друг к другу! По географии — большинство гостей из Москвы и центральной части России. С востока почти никого нет — им ближе своя природа.

— От чего вы отталкиваетесь в разработке авторских туров?

— Мы возим туристов в места, которые нам самим дороги и интересны… Либо туда, где сами не были. Такие туры называем «разведка». То есть мы сразу заявляем, что сами едем смотреть эти места впервые, но при этом берём на себя всю организацию полностью: питание, проживание и активности, берём с собой фотографа. По итогу поездки люди получают памятные фото и мини-фильмы. Например, в этом году делали тур на плато Укок, где встречаются границы четырех стран. А в октябре состоялось путешествие в Монголию на фестиваль беркутиной охоты. Пожалуй, самое колоритное событие за несколько сезонов.  

— Часто ли туристы уезжают с Алтая недовольными?

— Да, такое бывает. И главная причина — ожидание сервиса европейского уровня там, где его быть просто не может. Многие приезжают за комфортом: рестораны, пятизвездочные отели, идеальные дороги. А получают горы, тишину, отсутствие связи и простоту быта. Для кого-то это становится шоком. Надо понимать — Алтай не для всех. Если ты приехал смотреть только Катунь и фотографироваться у популярных мест — возможно, тебе здесь будет скучно. Настоящий Алтай открывается тем, кто готов к приключениям, а не к сервису.

— Кстати про сервис. Говорят, ценник на Алтае очень завышен. Это правда?

— Цены в принципе выросли везде и на всё. Другое дело есть распиаренные места, часто незаслуженно. В октябре с туристами останавливались в Акташе. Тур недешевый, и запрос был на самое лучшее жилье. Заселил их в номер за 20 тысяч рублей в сутки. Домик 16 квадратов. Открываю дверь, сразу бросилось в глаза — угол кровати подпирает неотесанная чурка. Поднимаю покрывало — кровать скручена саморезами из необработанных досок. За два номера и несколько суток отдать сто двадцать тысяч – и получить «ничего» в красивой обложке. Элементарно нет связи. Нет телевизора. И дело ведь не в невозможности всё это сделать. Я сам останавливаюсь по близости на базе уровнем очень сильно проще, но с Wi-Fi, телевизором. Просто это показатель отношения владельцев к своим гостям.

— Как быть, чтобы не нарваться на таких недобросовестных?

—  Просто нужно искать. Проблема в том, что люди видят в соцсетях только дорогие отели и думают, что везде номера стоят так же. На самом деле, выбор огромный: от простых домиков до бутик-отелей с видом на реку. Если вы ищете дешёвый вариант — ищите сами. Не ленитесь мониторить сайты, читать отзывы. Иногда можно найти отличные номера за 5–10 тысяч в сутки, а не за 30–40.

А насчёт сервиса… В дикой стороне он, конечно, отстаёт. Туалеты вдоль Чуйского тракта — редкость, местные кафе с простой кухней. Но именно в этом и прелесть Алтая — почувствовать себя частью природы, а не гостем отеля.

— Есть места, куда ехать не стоит? Которые сильно переоценены с точки зрения туризма?

— Для меня нет таких мест. У каждой локации свой ценитель. Например, есть категория людей, которые восхищаются только бирюзовой Катунью. Ты их привозишь золотой осенью на север Чуйского хребта с величественными ледниками — а они даже не фотографируют. Их это не впечатляет. Многое еще зависит от энергетического резонанса человека и места.

—  Вы чувствуете энергетику мест? 

— Конечно. Мне стало очень не по себе на плато Укок, когда я впервые туда попал. Звенящая тишина, а от того давящее чувство. Мне стало жутко, тревожно. У нас две девушки даже заплакали. И слезы от впечатлений, к слову, у нас в турах — частая реакция. А вот по-настоящему спокойно моей душе в Артыбаше, на Телецком озере. Там другой воздух, кедровый дух, всё зелено, гладь озера. Самое умиротворяющее место.

— Алтайцы очень трепетно относятся к природе.  Вы знакомите туристов с правилами пребывания?  

— Местные — народ дружелюбный, скромный. Они выросли из мировоззрения, в котором природа живая. Если алтайца спросить, кто его бог, он ответит: «мой бог — камень, дерево, природа, Алтай». Отсюда и весь свод норм: как вести себя в горах, у воды, у огня.  Однажды я подвозил местную жительницу, при подъезде к перевалу она сказала: «Убавь музыку» и объяснила, что перевал для алтайцев — «порог» между мирами, место силы, где особенно важно вести себя уважительно: не шуметь, не кричать, не ругаться.

Мы соблюдаем такие моменты беспрекословно. Также туристов убеждаю не кидать камни в реку и не забирать их в качестве сувениров. Были ситуации: москвичи увозили камни с собой, а потом высылали их обратно, потому что начинались проблемы.

И конечно, мусор обязательно нужно забирать с собой.  Если вижу, что кто-то окурок выбросил, обязательно скажу: «Нет, иди поднимай, дружище. Вот тебе пакет, неси все в машину, потом выкинешь.

— Что лично вас вдохновляет в работе гида?

— Я сам не люблю пассивный отдых, мне физически тяжело отдыхать лёжа на шезлонге. Когда мы были во Вьетнаме две недели, я был на море всего два раза, остальное время проводил в джунглях и горах. Путешествия — моя страсть, почти вся зарплата уходит на новые маршруты. Считаю, что впечатления — лучший способ получить дофамин. И здорово видеть, когда мои туристы возвращаются домой другими людьми: более открытыми, свободными и счастливыми.

Лидия Аристархова

Похожие статьи

«Китайцы работают с китайцами и платят китайцам»: как устроен туристический рынок во Владивостоке и кому он на самом деле выгоден

«Китайцы работают с китайцами и платят китайцам»: как устроен туристический рынок во Владивостоке и кому он на самом деле выгоден

Часто когда китаец приезжает во Владивосток (Хайшэньвэй по-китайски), он идёт в китайский ресторан, ездит на китайском автобусе, заселяется в китайскую гостиницу. Эксперты говорят: дело не в том, что русские не хотят работать с туристами из КНР – просто прагматичные китайцы перехватывают своих земляков, а те не возражают. В итоге доходы от серой экономики утекают за границу, при том, что в этом году Приморье посетило более 291 тысячи китайских туристов.

Платформизация туризма может принести гостиницам до 16 млн новых номеро-ночей в год

Платформизация туризма может принести гостиницам до 16 млн новых номеро-ночей в год

С распространением ИИ-агентов в туризме рынку предстоит выстроить новые правила сотрудничества: определять условия использования отзывов, рейтингов и других данных платформ. Данный вопрос, а также влияние платформизации туризма на структуру рынка труда в тревел-сфере и въездной туризм обсудили участники сессии «Туризм без барьеров: от отдельных сервисов к бесшовному путешествию», прошедшей в рамках Дня платформенной экономики. Организатором сессии выступила Ассоциация туристических агрегаторов (АТАГ).