Санжар Уакасов: «Однажды после игры в гольф люди заключили сделку на много миллиардов»

Как развивается гольф-индустрия в Татарстане, почему ее бизнес-проекты окупаются не напрямую и каковы шансы, что в республике зажгутся свои звезды гольфа, — в интервью «Реальному времени» рассказал вице-президент Ассоциации гольфа РТ, чемпион Казахстана 2015 года и директор гольф-клуба «Ак Барс» Санжар Уакасов.

За Кубок раиса РТ сразятся гости форума «РОСТКИ»

— Санжар, как идет подготовка к турниру на Кубок раиса РТ, сколько спортсменов и кого из известных гольфистов вы ждете?

— Мы ожидаем около 100 спортсменов, возможно, кто-то еще добавится. Всегда примерно около сотни человек участвует, единственное — в 2019 году было 120 с лишним. У нас будут две китайские команды из города Санья на острове Хайнань, соответственно, там есть пара известных ребят. Будет вице-президент Ассоциации гольфа Московской области Максим Шакун — достаточно сильный гольфист среди российских любителей. Приедет Максим Зданович — чемпион Ленинградской области, многократный призер кубков и чемпионатов России. Кстати, когда у нас в июле проходил Кубок Ассоциации гольфа России, он поставил рекорд поля — прошел его за 64 удара.

География участников турнира всегда достаточно широкая. Помимо Китая в этом году будут гости из Японии, Турции, а также со всей России. Очень многие к нам впервые приедут. У турнира уже есть определенная репутация, и поэтому он привлекает все больше людей.

— Что еще отличает турнир этого года?

— Это участие гостей международного форума «РОСТКИ: Россия — Китай. Взаимовыгодное сотрудничество». Те ребята, кого мы пригласили, приедут на форум — такой небольшой симбиоз, потому что по датам благоприятно совпало.

Из нового: у нас открылся клубный дом и отель, так что в этом году в вопросах логистики все пройдет очень компактно. Люди закончат соревнования и здесь же будет награждение. Поскольку у нас две площадки, первый индивидуальный день будет на «Свияжских холмах», потом — в «Ак Барсе». В том году было не так много мест для большого количества людей и мы награждали спортсменов в городе, в отеле Luciano. Сейчас же все будет комфортно.

«Гольф в республике сделал большой шаг вперед»

— Вы в Татарстане с 2019 года, работали в «Свияжских холмах», а теперь в «Ак Барсе». Как изменился гольф в республике за это время?

— Я считаю, за эти 6 лет произошли достаточно положительные перемены. Появился второй гольф-клуб, открылась детско-юношеская спортивная школа, и сам гольф как вид спорта стал более активно развиваться во всех его ипостасях среди разных слоев населения.

Когда я только приехал, был один большой турнир — это Кубок президента, а теперь раиса РТ. Сейчас у нас несколько визитных карточек Татарстана в виде крупных соревнований — это благотворительный турнир «Ак чачаклар» и гольф-турнир на кубок АНП «Зенит». Они очень активно привлекают людей из разных сфер деятельности — и по линии любительского гольфа, и по линии профессионального.

Мы вырастили много тренеров, открыли кафедру гольфа в Поволжской академии спорта и теперь можем сертифицированных специалистов выпускать. Создали ДЮСШ. Получается, сейчас в вопросах спортивных кадров у нас создано производство полного цикла. Мы берем маленьких детей в бесплатную школу и занимаемся с ними. Кто-то только играет, кто-то играет и работает в гольф-клубе. Те, кому это интересно, затем идут в Поволжскую академию спорта, там учатся на тренеров и продолжают работу — сначала в ДЮСШ, тренируя детей, а потом постепенно переходят на работу в клубе, тренируя уже взрослых.

Помимо этого, мы еще готовим гринкиперов. Студенты Московского и Казанского аграрных университетов уже сейчас под руководством нашего главного гринкипера Миланы Новолодской применяют полученные знания на практике. То есть в аграрных вузах появились кафедры гринкипинга, где готовят специалистов по уходу за газонами для любых видов спорта на траве.

Поэтому, скажем так, гольф в республике сделал большой шаг вперед. Что мне нравится, он идет не только в одном направлении, если образно, — люкса. Мы развиваем и детский спорт, и взрослый, и профессиональный, и любительский, то есть массовый. К примеру, на территории хосписа «Наташа», в помощь которому мы собираем деньги во время турнира «Ак чачаклар», было построено парковое гольф-поле на 9 лунок. Людям, которые находятся в хосписе, конечно, сложно подолгу играть, но они периодически выходят, пинают мячик и как-то социализируются.

Всегда хочется сделать больше и кажется, что можно сделать больше. Но если посмотреть, за эти 6 лет уже было сделано немало.

«Гольф как бизнес без недвижимости и инфраструктуры редко бывает рентабельным»

— Какие еще площадки и гольф-проекты вы помогали развивать и где пригодился этот опыт?

— Сам я из Казахстана, когда я там работал, у нас очень хорошо развивали гольф, и сейчас тоже республика переживает такой ренессанс в гольфе. Я работал в гольф-клубе «Нуртау», у нас был турнир Kazakhstan Open ProAm — самый большой в европейском челлендж-туре и с самым большим призовым фондом. Наверное, это моя основная школа.

Конечно, и по миру много ездили, смотрели и помогали, были разные стажировки, то есть очень многое было сделано. Буквально в этом году, в апреле, ездили в США, получили сертификацию, то есть стараемся развиваться совместно с гольфом.

— Если говорить о бизнес-составляющей гольфа, насколько рентабелен гольф-клуб в Татарстане?

— Гольф-клуб как бизнес-проект, если он без недвижимости и сопутствующей инфраструктуры вокруг, очень редко бывает рентабельным. Такие проекты окупаются в странах с развитой культурой гольфа. У наших людей в СНГ пока нет такого: «А что мы делаем на выходных? Мы едем на гольф». Да, постепенно он становится популярнее, но до большой массовости нам еще работать и работать.

Гольф рентабелен в курортных зонах, куда люди непосредственно едут за гольф-туризмом. Ближайший хороший пример — зона в Белеке в Турции, где очень много гольф-полей, которые в свое время были построены. За счет того, что там также работают отели, это дело приносит прибыль. В основной массе по всему миру гольф-клуб — это якорь какого-то девелоперского проекта. У вас появляется гольф-клуб, вокруг которого строится жилье, и распродажа этих домов, коттеджей и таунхаусов — это уже более коммерчески интересная история.

Непосредственно гольф-клуб — зачастую не такой рентабельный проект, но то, что в нем и благодаря ему происходит — это всегда непрямой, но благоприятный возврат инвестиций. У нас был такой кейс, одни ребята построили себе гольф-клуб, тоже все было очень дорого. Но однажды на территории этого гольф-клуба после игры в гольф, отдыхая и общаясь, люди заключили сделку на много-много миллиардов. То есть клуб себя купил, но не напрямую.

Для любого предпринимателя гольф как активность и вид спорта представляет интерес, потому что это очень качественная среда для нетворкинга. Куда бы вы ни приехали играть, вы будете окружены качественными людьми. Качественными и с точки зрения того, что сможете сделать с ними совместный проект, и в плане их человеческих качеств. Потому что основной принцип гольфа — это честность и открытость. Каждый человек сам себя судит, нет такого, чтобы за каждым был закреплен судья. Есть судьи на гольф-поле, но их не так много, и они не закреплены за каждым игроком, они решают спорные ситуации. То есть большинство ситуаций люди стараются решить сами с собой, друг с другом внутри своей команды.

Если человек начинает обманывать на гольф-поле — это быстро среди всех распространяется, он становится своего рода изгоем. Поэтому плохие люди в гольфе не задерживаются. Для любого человека, заинтересованного в бизнесе, гольф-клуб должен быть, скажем так, «a must-visit place» (место, которое обязательно нужно посетить, — прим. ред.).

«Ак Барс» получился чуть дороже «Свияжских холмов», но не в разы»

— Каких минимальных инвестиций требует создание гольф-клуба?

— Это зависит от целей проекта, размер инвестиций может сильно разниться. Можно сделать гольф-клуб достаточно дешево, а можно — тяжелый люкс. И это зависит от того, где мы находимся географически. Основное, что нам нужно: а) вода для полива, б) качественная земля. Сюда входит куча переменных, начиная с покупки земли: по какой-то стоимости вы ее берете и можно ли ее вообще покупать в этом месте? Это аренда или концессионное пользование — множество всяких вариантов.

Поэтому к какой-то единой цифре прийти тяжело, и каждый проект уникален. Кто-то делает гольф-поле, где только участок, который называется green, и только там есть трава, а все остальное, например, в песке, такое тоже возможно. А есть поля, например, на Ближнем Востоке, где просто люди ходят, носят с собой кусочек искусственного газона и также играют в гольф. И, соответственно, есть поля по типу поля Майкла Джордана — это закрытый гольф-клуб, куда непросто достать входной билет, где много всего вложено во время постройки, где доставка напитков осуществляется беспилотниками, и так далее и тому подобное.

Все зависит от концепции, идеи и желаний самих инвесторов. Я лично больше люблю массовую историю, потому что спорт не должен отпугивать людей.

— Сообщалось, что в создание гольф-клуба «Свияжские холмы» вложили порядка 1,3 млрд рублей. В «Ак Барсе» с учетом его территории и инфраструктуры сумма, наверное, выше?

— Если перевести деньги в доллары и учитывать инфляцию, думаю, плюс-минус выйдет сопоставимый объем инвестиций. Но у «Свияжских холмов» как раз-таки больше земли. Здесь территория меньше, но больше в плане инфраструктуры, то есть больше зданий. На Свияге только здание гольф-клуба, несколько насосных, здание административно-бытового комплекса и гаражи. Здесь — это здание гаражей, появился отель, внутри которого клабхаус, есть здание академии, где мы находимся. Немножечко, скорее всего, этот гольф-клуб получился дороже, но, я думаю, если брать инфляцию и так далее, разница в процентном соотношении не очень большая — не в разы.

— Каковы основные статьи расходов в содержании клуба и что приносит основной доход: членские взносы, турниры, аренда, спонсорство?

— Основные расходы — это содержание гольф-поля и зарплатный фонд. Основные доходы приносят, во-первых, уроки, во-вторых, игра непосредственно на поле, в-третьих, корпоративные мероприятия — то, что мы называем гольф-клиникой, термин из английского языка. По сути, это большой групповой урок, который мы проводим во время дней рождения, свадеб, корпоративных мероприятий, тимбилдингов. Банки и инвестиционные брокеры собирают своих клиентов и пытаются как-то отблагодарить, втянув в гольф.

Членские взносы тоже приносят доход, но в процентном соотношении идут уже на четвертом месте.

— Вы уже упоминали открытие клабхауса и SPA-отеля в этом году. На какое количество гостей они рассчитаны?

— Вместе они рассчитаны на разное количество гостей, но одновременно на поле может комфортно находиться порядка 120—130 гольфистов. В отеле 52 номера разных категорий, он пилотно открылся в декабре и с тех пор штатно работает.

«Со временем сможем кого-нибудь довести до Олимпиады и мейджоров»

— В мае вы сообщали, что «реализовали 95% целей, поставленных пять лет назад. Но самое интересное еще впереди!». Что будет впереди?

— Мы хотим сделать зимний гольф-центр. Это будет такой ангар, где будут симуляторы и возможность отрабатывать длинные удары. Не в полную длину, где-то это будет ограничиваться сеткой. Если этот опыт будет успешным, хотим растиражировать его уже на все города республики, чтобы в каждом городе была минимальная круглогодичная инфраструктура.

Люди смогут приходить в такие зимние центры и пробовать свои силы. Если со временем появится спрос, можно начать строить площадки на 1—3 лунки. Это нормальная мировая практика, есть короткие поля и есть большие. Чтобы это было как досуг и для здоровья, этого будет достаточно. В городе побольше можно сделать поле и на 9 лунок. Гольф благоприятно влияет и на физическое, и на ментальное здоровье. В Финляндии таким образом с алкоголизмом справились — сделав гольф доступным. Когда человек идет по полю, он отвлекается, гуляет, делает удары, то есть присутствуют физическая активность и социализация — это все на воздухе.

Зимних центров гольфа в республике пока нет — это будет первый. В «Свияжских холмах» есть симулятор, у нас несколько, в том числе еще три в городе. Но мы говорим о более скомпонованном месте, где будут и симуляторы, и искусственная трава, и возможность делать длинные удары. Мы эту идею пока прорабатываем. Надеемся, что гольф так же, как сейчас, будет активно развиваться, и мы будем получать все больше поклонников этого вида спорта, и благодаря этому сделаем Татарстан играющей республикой.

ДЮСШ работает только год, а наши дети уже ездят по всероссийским турнирам. Первый раз за то время, что я здесь, у нас получилось не только подняться на пьедестал, а несколько турниров даже выиграть. Поэтому мы этими маленькими победами очень гордимся и особенно нашими юниорами. Гольф с 2016 года — олимпийский вид спорта. Надеемся, что со временем сможем кого-нибудь довести до Олимпиады и мейджоров.

Все это у нас в планах, будем предлагать инвесторам, чтобы совместно с кем-то делать. Это то, куда мы планируем двигаться, чтобы у нас была возможность комфортно заниматься не только летом, но и круглогодично.

— Слышала, что вы планируете готовить в детской школе спортсменов не только для Татарстана.

— Мы надеемся, что производство полного цикла спортсменов станет кузницей кадров в гольфе для всего СНГ. Аналог такой школы есть только в Москве и Алма-Ате (сейчас Алматы) в Казахстане. Думаю, со временем мы сможем «экспортировать» ребят.

— Кого бы вы выделили среди татарстанских юниоров, как перспективных гольфистов?

— Их очень много. Это Марк Хан, Тимур Касимов, Варвара Марнаутова, Ева Зиновьева и многие другие. Эти ребята на данный момент в Москве на турнире. Помимо этого, есть Данияр Абузяров, Джамиля Ярар, Лучезар Волостнов, Сулейман Нигмедзянов, который прямо сейчас находится на алмаатинском турнире. Ребята ездят в Турцию на выступления, талантливых среди них очень много, порядка 20, кто достаточно неплохо выступает и которыми мы очень гордимся. У Татарстана будут свои звезды гольфа — это 100%.

— Как вице-президент ассоциации гольфа Татарстана какие задачи ставите перед собой и организацией?

— Основная задача — это популяризация гольфа как вида спорта, создание культуры игры в гольф, чтобы у людей это стало вариантом досуга. Не то, что, как говорят, богатые дядьки собрались вопросики порешать. Мы хотим, чтобы это было максимально нестрашно для человека — прийти в гольф-клуб со своей семьей, с друзьями. Приходить периодически, у кого как позволяет график, и проводить время в гольф-клубе. Это не всегда значит поиграть в гольф, кому-то достаточно прийти и постучать мячи на драйв-рендже, отработать длинный удар, а кому-то хватит прийти и сделать короткий удар из песочка, покатать мяч.

Это все гольф, просто у всех этот путь, когда из новообращенного доходишь до матерого гольфиста на поле, он разный. Кого-то это сразу цепляет, а кто-то постепенно втягивается. Есть много ребят, кто одну клюшечку купит, посмотрит — затягивает или не затягивает. После этого башмаки купят, смотрят, потом сумку для клюшек. А есть такие: «Я все покупаю», в итоге покупают, проходит 2 месяца, и они пропадают.

Пока что гольф в пределах республики наиболее развит в Казани, где два полноценных клуба. Также в Альметьевске на базе санатория «Ян» есть коротенькое поле, и у них тоже небольшой симулятор. В Набережных Челнах есть несколько гольфистов, которые рассматривают возможность скинуться и сделать какую-нибудь инфраструктуру, потом, думаю, и Нижнекамск рядом появится. И в Богатых Сабах также есть один гольф-симулятор. На данный момент это все.

«Занимался греко-римской борьбой, и гольф мне казался спортом для девочек»

— Как вы сами пришли в гольф: в каком возрасте начали заниматься и почему выбрали именно этот спорт?

— Я пришел в гольф в 16 лет и поначалу чисто из корыстного интереса. Когда учился в школе в старших классах, подрабатывал на заводе, там были так себе условия. А мой друг работал в гольф-клубе кедди — это помощник игрока, который таскает сумку с клюшками и получает за это чаевые. Он меня позвал, и меня привлекла именно возможность зарабатывать. Потом один игрок, кстати, татарин, подарил мне мои первые клюшки. Я начал потихоньку тренироваться, но на тот момент активно занимался греко-римской борьбой, и гольф мне казался каким-то спортом для девочек.

Со временем меня затянуло, когда я начал играть на деньги, а я человек очень азартный. Как только появился коммерческий интерес, гольф начал нравиться больше, а потом уже я, наверное, понял и всю философию этого спорта. Опять-таки эта философия у каждого своя. Для меня гольф — это про борьбу с самим собой, процесс достижения недостижимого идеала и прекрасное время в окружении прекрасных людей в прекрасном месте. Есть красивые поля и не очень, но даже там есть красивые места, растения и красивые виды, которыми наслаждаешься в процессе игры.

— Когда вы поняли, что гольф — не просто хобби, а часть вашей жизни, что тогда произошло?

— Это было в 21 год, когда меня из помощников тренеров перевели в тренеры. Гольф нравился мне как игра, но операционная деятельность тоже всегда была интересна. Я получал от этого удовольствие. Когда у меня стало больше оргзадач — организовать турнир, провести, подвести итоги, подготовить и со временем вплоть до бюджетирования, тогда я, наверное, понял, что это моя профессия. Это был где-то 2015 год, и я захотел работать больше.

— Гольф часто называют «игрой с самим собой». Какой самый сложный разговор вы вели с самим собой на поле?

— Это, наверное, был 2018 год. Я очень много тренировался, но все шло очень тяжело. Был один раунд, когда я психанул и сломал свою клюшку, сам взял и сломал ее в приступе гнева. Но после этого понял, что такие истерики делу все равно не помогут.

Было вложено очень много усилий, а результатов почти не было. Но даже если результата сейчас нет — это не повод психовать и вешать нос.

«Мы переживаем ренессанс, возможно, это будет золотой век гольфа»

— Как оцениваете развитие гольф-культуры в Татарстане и России в целом?

— Благодаря ковиду спорт стал более популярным, и не только в Татарстане и России — это общемировой тренд. Сейчас гольф на пике популярности, потому что во время пандемии это была одна из тех немногих активностей, которые во многих странах были разрешены. Большинство популярных брендов делает коллаборации с гольфом. Сейчас вышло два или три популярных сериала про гольф, фильм «Счастливчик Гилмор 2», который перед этим выходил в 90-х годах, когда казалось, что наступило начало конца гольфа, был небольшой спад. Не в профессиональном спорте, а в части его популяризации.

Сейчас мы переживаем ренессанс, возможно, это будет золотой век гольфа. Очень активно строят гольф-поля с учетом всех новых трендов — они более экологичные, с грамотным использованием воды. Появляются более продуманные новые проекты, их стало легче обслуживать. Ведь основная проблема гольф-клуба — его обслуживание. Большой земельный налог, большие затраты на удобрения, содержание поля. Это несколько десятков гектаров, и от этого ты никуда не денешься. Ты можешь где-то, на чем-то сэкономить, но не сможешь сэкономить на качестве поля, потому сразу заметно — это твое лицо.

— Что еще необходимо сделать в республике для развития гольф-инфраструктуры?

— Только зимний гольф-центр, то есть в республике есть абсолютно все для занятий гольфом. Мы это видим так, если начнем делать круглогодичные истории, люди смогут использовать их постоянно, и это будет недорого в постройке и обслуживании, не для ограниченного количества участников, мы постепенно создадим свой внутренний рынок, появится запрос. Где-то сделаем одну лунку, где-то три или 9, а где-то 18. Нужно дать предложение, которое породит спрос, и тогда мы дадим еще предложение.

«Уроки вполне доступны»

— Долгое время, да и сейчас многие считают, что гольф — удел богатых и недоступен массам. Меняется ли это отношение?

— И да, и нет. На «Свияжских холмах» сделали самую низкую стоимость членства на 18 лунок, в России это очень и очень доступный грин фи (green fee — выход на поле). А на базе «Ак Барса» есть бесплатная ДЮСШ. Мы стараемся, но основная проблема в том, что большинство людей, которые к нам приходят, особенно с улицы, они сразу пытаются гольф закинуть, типа old money и все такое. Но постепенно, благодаря тому, что человек видит, к примеру, что его друг был в клубе, а он при этом не миллионер, начинает задумываться: а почему бы и мне не сходить?

Люди все равно сами хотят, чтобы гольф выглядел как спорт для богатых, но при этом постепенно он уходит в широкие массы. Увидят в соцсетях, что кто-то поиграл в гольф, и начинают узнавать: а сколько стоит урок, аренда клюшек, мячей, а что с клюшками и мячами? Люди понимают, что возможны разные варианты — можно тренироваться в группе или индивидуально, поэтому постепенно к нам приходят.

— Каков средний чек?

— Поиграть опытному игроку в выходной обойдется в 6 тысяч рублей за 5,5 часа, за 9 лунок — 4 тысячи, в будни дешевле. Если человек неопытный, ему эта опция не подходит, даже если он сказочно богат, его на поле не пустят. Единственный вариант — брать индивидуальные или групповые уроки. У помощника тренера урок стоит 4,5 тысячи в час, для детей скидка 50%. На групповых уроках цена делится на число участников, может выйти 1,5 или 2 тысячи рублей с человека, в зависимости от категории тренера, то есть это вполне доступно.

— Чему гольф научил вас в жизни за пределами спорта?

— Лично меня гольф научил тому, что я на все смотрю так — сейчас 2025 год, и нет ничего невозможного. Когда мне говорят: «Это не получится», отвечаю: «А вы точно все варианты посмотрели?» Мне кажется, гольф научил меня тому, что все возможно. А еще это прекрасный социальный лифт: я видел, как ребята тренировали богатых людей и получали доли в компаниях, как девушки работали кедди в гольф-клубе и потом очень благополучно выходили замуж. Видел, как ребята достигали за счет спорта очень больших высот. В принципе, это и моя история, за счет работы я тоже чего-то в гольфе достиг. Надо быть честным, не пытаться где-то схитрить, срезать углы. И если ты будешь работать, то все возможно.

«У меня в голове мечта о международном турнире Tatarstan Open»

— Есть ли в вашей карьере поражения, которые стали важнее побед?

— Их очень много, я, наверное, даже каждое не вспомню. Но каждое поражение — это не повод посыпать голову пеплом. Всегда смотрел на это так: я же не умер. Даже когда мне говорят: «Там какой-то кошмар случился», говорю: «Кто-то умер?» — «Нет», — значит, еще можно как-то исправить. Мы стараемся не искать виноватых, а искать решение.

— Татарстан за эти годы стал вторым домом?

— Я не могу сказать, что он был мне каким-то чужим, потому что менталитет у нас все равно очень похож. Единственное, татары гораздо и гораздо суетливее, но при этом оперативнее (смеется). Мне нравится, что в Татарстане от идеи до реализации зачастую очень мало времени проходит. Если решили делать — все, мы делаем, завтра давайте уже начнем что-то делать. В Казахстане этот процесс может занять больше времени.

Что еще мне нравится в Татарстане, приколы приколами, но это такое более рациональное отношение к ресурсам. Элементарно — у вас не такие большие свадьбы, и там все как-то более рационально. Мне это очень импонирует.

Родни у меня здесь нет, но с детства очень много друзей и знакомых было среди татар. В Казахстане живет большая татарская диаспора. Поэтому в Татарстане я никогда не чувствовал себя чужим.

— Есть ли проект или мечта, связанная с гольфом, которую вы еще не реализовали, но обязательно сделаете? И что это за мечта?

— Возвращаясь к 95% реализованного из поставленных целей. Когда я приехал, то презентовал руководству, что мы хотим делать, в каком направлении двигаться. Там было про бесплатную детско-юношескую спортивную школу, про еще один гольф-клуб, про симулятор, и все это мы сделали. Но там был еще пункт — сделать какой-нибудь большой международный профессиональный турнир, неважно, мужской или женский. Это вот то, что по сей день очень хочется, и мы надеемся сделать.

Мы общаемся с нашими друзьями и партнерами на Ближнем Востоке, в Азии, других регионах. Сейчас есть несколько профессиональных туров, один из них создали саудовцы. Мы с ними встречались и надеемся, что как только геополитические завихрения немного улягутся, мы сможем затащить сюда крупный турнир с большими мировыми звездами. Благо инфраструктура это позволяет. Все это было запланировано в 2019 году, и пока что не получилось реализовать. Но мы надеемся, что еще сможем и это будет очень классно для всей республики.

Гольф — это очень большая индустрия, и хочется, чтобы то, что вы видели своими глазами, чтобы это увидели все. На самом деле и в России, и в Татарстане высокий уровень гольф-полей, они очень качественные. По мне, «Свияжские холмы» — это одни из лучших полей, в принципе, по эту сторону глобуса. Ни просто в Татарстане, России или СНГ, а в целом в этой части мира. Это очень красивое поле, и мне бы хотелось, чтобы все его увидели. У меня до сих пор в голове мечта о таком большом международном турнире, как Tatarstan Open. Эта та идея, которую мы лелеем и надеемся когда-нибудь исполнить.

— Международные партнеры, я так понимаю, тоже проявляют интерес?

— Да, они к нам приезжают. Посмотрели, увидели, что тут все классно и красиво на самом деле, а не только в нашей презентации. У них вот такие глаза, сразу загорелись — что там на холмах с перепадами поля, что тут на берегу Волги, им все классно. Есть определенные ограничения, на которые сейчас мы делаем поправку, но, думаю, когда все уляжется, мы будем делать большие и классные турниры.

Беседовала Василя Ширшова