«Казанские отели дорогие? Maybach тоже дорогая машина, но ее же покупают!»

27 сентября в России отмечается День туризма. Для Татарстана эта дата особенно важна последние 20 лет, когда над привлечением гостей стали думать на уровне госполитики. С 2005 года портрет туриста перевернулся на 180 градусов, а время поездки сократилось вдвое. Вызовов, однако, не стало меньше: половина путешественников выбирают «посутку», а это ломает рынок для отелей, в межсезонье мало мероприятий, кадров не хватает — посматривают на школьников, а запросы растут. О том, почему Казань сегодня дороже Москвы и Питера, чем похожа на Париж и как ей не превратиться в Барселону, глава госкомитета РТ по туризму Сергей Иванов и руководитель комитета по развитию туризма Казани Дарья Санникова рассказали «БИЗНЕС Online».

«Какие-то экскурсии были высосаны из пальца, чтобы человек задержался в Казани еще пару тройку часов»

- В Татарстане системная работа по развитию туристической отрасли началась, наверное, с 2005 года, когда Казань отметила тысячелетие — тогда было создано министерство по делам молодежи, спорту и туризму РТ. Какой была индустрия гостеприимства в Казани и Татарстане двадцать лет назад? Какие стояли вызовы, что было самым сложным?

Сергей Иванов: Что такое внутренний туризм в России 20 лет назад — за исключением курортов? Люди ездили на уикенд в Москву и Санкт-Петербург, иногда — в города Золотого кольца и Сочи. Весь внутренний туризм концентрировался там. Казань и тем более Татарстан не воспринимались как туристическое направление. Загрузка имевшихся гостиниц была очень рваная — в основном, осенью, зимой и весной, когда приезжали командировочные. В выходные они уже ехали домой, поэтому с субботы на воскресенье загрузка в некоторых гостиницах падала до 5-10%. Еще сильнее отели пустовали летом, когда не было деловых поездок.

Первая задача, за которую мы взялись — попробовать привлечь жителей России в Татарстан хотя бы на выходные. Проблема в том, что наши гостиницы уже тогда были очень дорогими — ориентированными на бизнес-сегмент. Их цена что в будни, что в выходные была одинаковой. А Москва и Санкт-Петербург уже тогда активно работали с туристическим сегментом, и поездка для жителя столицы в Питер обходилась на 40-50% дешевле, чем в Казань.

Плюс было мало авиарейсов, перелет в Казань был дорогим. Федеральным туроператорам было неинтересно продавать туры в наш город, потому что, во-первых, люди не понимали, зачем сюда ехать, а во-вторых, поездка была еще и в два раза дороже, чем на популярных туристических направлениях.

— Сколько тогда стоило приехать в республику?

Иванов: В 2008 году тур в Казань на три дня и три ночи обходился в 12−13 тысяч рублей, тогда как поездка в Санкт-Петербург из Москвы — 7 тысяч. Поэтому мы придумали совместно с гостиницами тур «Уикенд в Казани», который стоил, если я не ошибаюсь, 5,5 -5,9 тыс. рублей. Нужно было стать как минимум не дороже, чем Санкт-Петербург для москвича.

— И как вы гостиницы убедили продавать номера дешевле?

Иванов: Это было консолидированное решение, никакого административного давления не было. У нас состоялся теплый диалог, гостиницы сами понимали эту проблему, видели пустые номера в выходные. Мы сказали: «Почему бы не попробовать? Все равно же никого нет, ничего не потеряете».

Так люди поняли, что можно провести выходные в столице Татарстана. Это сработало не только на Москву и область, но и на соседние с нами регионы — это наш ближайший рынок. Мы их приучали приезжать не на несколько часов — осмотреться и обратно — а останавливаться на несколько дней, осматривать разные достопримечательности.

— А достопримечательностей хватало на несколько дней?

Иванов: Не буду лукавить, туристический продукт Татарстана 20 лет назад был довольно однообразным. Раньше стандартная программа включала в себя посещение Казани и Раифского монастыря — самого симпатичного на тот момент места за пределами столицы РТ.

Мы стали думать, что еще предложить гостям. Работали с турфирмами, кто во что горазд. Конечно, совсем «потемкинские деревни» не придумывали, но какие-то экскурсии были высосаны из пальца, чтобы человек задержался в Казани еще пару-тройку часов.

Дарья Санникова: Справедливости ради — в Казань ехали не только ради Кремля. После того как наш великий шеф Юнус Ахметзянов в 1980 году накормил участников и гостей Олимпийских игр в Москве, в сознании людей появилась татарская кухня как явление — не настолько популярное, как, например, грузинская, но все же. Эту идею мы продолжаем развивать и сейчас: Казань — гастрономическая столица России. Чак-чак, который подавали на саммите БРИКС, весь мир видел, сейчас развиваем новый гастрономический бренд — торт Казань.

Иванов: Важной вехой стало появление в Казани «Ривьеры» в 2007 году. Аквапарков в стране практически не было — и к нам приезжали люди за тысячу километров!

Санникова: Люди вечером в своем городе садились на автобусы, 12 часов ехали, утром приезжали в Казань, проводили по 5-6 часов в аквапарке, затем 3-4 часа гуляли по городу и уезжали обратно ночью. Благодаря «Ривьере» и их рекламе к нам приезжали автобусами! Да, это были однодневные экскурсанты, но мы сильно приросли тогда стабильным хорошим турпотоком.

— То есть если сейчас в Казани появится новая «Ривьера» — условно, большой татарский Диснейленд — он станет новым мощным катализатором увеличения турпотока?

Иванов: Да, сейчас мы подошли именно к тому, что нам нужен большой туристический магнит, который будет сопоставим по интересу с аквапарком того времени.

Это может быть либо парк развлечений, ориентированный на детей, VR-парк, как в Дубае, большой акватермальный городок. «Ривьера» ведь уже почти 20 лет не теряет популярности, посещаемость аквапарка не падает.

— За последние 20 лет Казань провела много масштабных мероприятий: Тысячелетие, Универсиада, Чемпионат по футболу. Насколько у них долгосрочный эффект в плане роста турпотока?

Иванов: Все события я разделяю на два типа: на те, которые меняют инфраструктуру, и те, которые дают пиар-эффект. Пример мероприятия, изменившего инфраструктуру не только Казани, но и всей республики, — Универсиада. Мы до сих пор пользуемся ее наследием. А Чемпионат мира по футболу 2018 дал огромный пиар-эффект. Казань появилась на карте болельщиков, весь мир следил за матчами и узнал, что есть наш город и в нем проходят игры. События работают по-разному, но все они падают в одну копилку. И, раскрутив вот этот маховик, его нельзя останавливать, нужны еще мероприятия, инфоповоды, чтобы Казань и республика все время оставались в информационном поле человека. Когда ты уже зашел в этот круг, по нему надо бежать (смеется).

Очень сложно сказать, какое конкретно мероприятие повлияло на выбор человеком Казани местом для отпуска: то ли они Универсиаду еще помнят, то ли игры «Рубина» с «Барселоной», то ли Универсиаду с БРИКС.

Санникова: То ли музыкальный фестиваль «Сотворение мира». А еще важными вехами стали внесение Кремля в перечень объектов ЮНЕСКО и открытие Собора Казанской иконы Божией Матери. Религиозный туризм — это мощнейший пласт, который только-только начинает развиваться.

Иванов: Благодаря Минтимеру Шаймиеву Болгар и Свияжск превратились в туристические центры мирового уровня с хорошим контентом и удобной логистикой по отношению к Казани, сейчас к ним добавилась еще обсерватория. Все это увеличивает интерес к Татарстану в целом и отражается на чеках.

— Станет ли обсерватория таким же сильным магнитом для туристов как Болгар и Свияжск?

Иванов: Конечно! Обсерватория только в начале этого пути. Турпоток там будет поменьше, в силу размеров, но мы уже сейчас внедряем ее во все экскурсионные программы.

«Рождается новый формат — business leasure или bleasure — деловая поездка, совмещенная с отдыхом. Это наше будущее!»

— У мировых туристических центров есть емкость по количеству гостей, которое они способны переварить без проблем для себя. Когда она переполняется, горожанам становится некомфортно — мы помним как против туристов бунтовала, например, Барселона. Какая емкость у Казани с точки зрения турпотока и приблизимся ли мы когда-нибудь к ее пику?

Санникова: Количество номерного фонда достаточно высокое, порядка 18 тысяч койко-мест, сегодня задействовано также большое количество квартир, так что туристическая емкость у Казани довольно высокая.

Сам город разрастается до агломерации, расширяется в своих географических границах, появляются новые объекты. В ближайшее время мы будем ждать увеличения количества номерного фонда.

Цифры турпотока, конечно, важны, но еще важнее работать над качеством туристических продуктов, качеством того опыта, который гости получают в Казани, качеством сервиса и так далее. Чтобы туристы у нас проводили больше времени, уезжали удовлетворенные и возвращались снова и снова. Экономика впечатлений сегодня превращается в экономику смыслов: люди, путешествуя по России, стремятся почувствовать историю и культурный код страны. Казань с ее богатейшей историей и сплавом культур в этом смысле для них может быть находкой — но нам важно правильно артикулировать эти смыслы.

— Как вообще считается турпоток? Не все же гости проходят через вокзалы и аэропорты, не все живут в гостиницах…

Санникова: По транзакциям банковских карт, выпущенных в других регионах. Мы ориентируемся преимущественно на данные «Сбер Аналитики», потому что сервис учитывает не только собственные карты, но и делает дооценку по другим банкам, причем обрабатывает именно туристические поездки. В планах также привлекать обезличенные данные сотовых операторов по движению абонентов.

— Какой сейчас портрет среднестатистического туриста, приезжающего в Казань? Если 20 лет назад это сплошные командировочные, то сейчас какое соотношение бизнес-туристов и туристов?

Санникова: Это женщина 40 лет с ребенком, приезжающая без мужа. В среднем готова тратить 35-40 тысяч рублей.

Иванов: Сейчас 55% приезжающих в Татарстан туристов — это женщины. В среднем они находятся в городе три с половиной дня и тратят на поездку порядка 35-40 тысяч рублей — без дороги. Мужчин чуть меньше — 45%. Очень много самостоятельных путешественников.

Интересно, что средняя продолжительность пребывания в Татарстане уменьшилась по сравнению с 2005 годом. Тогда к нам приезжали в среднем на 6,4 суток, а в 2024 году на 3,5. В 2009 году средняя продолжительность пребывания в городе вообще упала до 1,9 суток. Выяснилось, что в 2005 году основная масса людей ехала в наши санатории. Их количество с тех пор не изменилось — это 300-400 тысяч человек. За эти 20 лет появился совершенно другой сегмент туристов — и вдруг уже к существующему санаторному турпотоку добавилось 700 тысяч тех, кто приезжает город буквально на одну ночь. Мы стали бороться за то, чтобы их задержать и дошли до цифры 3,5 суток. Это очень хороший результат. Для сравнения: в Париже точно так же.

В последние годы у нас сильно качнулся маятник в сторону массового туриста. В 2005 году 90-95% гостей были командировочные, сейчас примерное соотношение между путешественником и командировочным примерно 50 на 50, зависит от сезона. Надо заметить, что и бизнес-турист стало более широким понятие. Сюда входят не только те, кто приехали на переговоры, но и те, кто приехал на деловые форумы или соревнования.

— Каким должно быть идеальное соотношение?

Иванов: Мне кажется, Татарстан близок к гармоничной модели — 50 на 50. Есть периоды, когда к нам больше приезжают деловых гостей, есть периоды, когда больше классических туристов. Они приезжают сезонно. Раньше в теплое время года у нас была просадка. В 2005 году на майские праздники были пустые улицы! Гуляешь по городу, как будто эпидемия какая-то — никого нет! Сейчас на майские ни по Кремлю, ни по Баумана пройти невозможно — толпы людей.

Поэтому в плохую погоду должен подниматься деловой сегмент, в хорошую — массовый туризм, тогда все объекты загружаются более-менее равномерно. Нам все равно не стать круглогодично теплым направлением, но за счет сбалансированного продукта мы можем спокойно нивелировать спады.

— А есть какая-то разница между портретом туриста, который приезжает в Татарстан, и портретом туриста, который приезжает в Казань? Или это одно и то же?

Иванов: Казань — это въездные ворота в республику, основной магнит. Но у нас есть территории, например, Елабуга, Болгар или Свияжск, куда приезжают экскурсанты из соседних регионов — Мордовии, Чувашии, Нижегородской области. В рамках тура они смотрят достопримечательности и уезжают обратно, не задерживаясь. Свой сегмент есть у отеля «Кол Гали» — туда напрямую приезжают из южных регионов и из Москвы на 4-5 дней, не заезжая в Казань. В Елабугу очень много приезжает туристов из Удмуртии и Башкортостана. Группы из этих регионов могут остаться там на ночь и уехать, не заезжая в Казань.

— Собирается ли у нас событийный календарь, о котором уже давно мечтают туроператоры, отельеры?

Иванов: Да, мы потихонечку собираем его. Было много попыток его создать, потому что мероприятий в Казани очень много. Дополнительные ресурсы дает Казань Экспо — это полноценный объект российского и международного уровня, который позволяет проводить любые деловые форумы.

— Но у Экспо есть и минус. Туда прилетают, участвуют в форумах и… улетают обратно.

Иванов: Безусловно, но в целом «Экспо» для туризма плюс! Честно скажу, процент людей, которые приезжают в Татарстан без ночевки, становится меньше. Люди знают, что Казань хороший город и есть смысл прилететь накануне или улететь на следующий день или оставаться на выходные, а потом привезти сюда семью, раз уж ты сюда летишь. Так рождается новый формат — business leasure или bleasure — деловая поездка, совмещенная с отдыхом. Это наше будущее!

— А за если вынести за скобки все форумы, каких событийных мероприятий нам не хватает, чтобы привлекать круглогодично гостей?

Иванов: У нас не хватает больших мероприятий в межсезонье, которые бы поддержали загрузку отелей и городскую инфраструктуру. Есть периоды низкой загрузки — конец ноября-декабрь, январь–февраль, когда могут помочь форумы и деловые мероприятия.

Санникова: Нам не хватает больших длительных новогодних мероприятий. Хочется обогатить февраль каким-то крутым якорным событием — уровня «Игр будущего», они в прошлом году существенно повысили загрузку отелей. Необходимо более масштабными делать народные праздники вроде Масленицы, чтобы на них приезжала вся Россия.

Иванов: Идеально, конечно, каждый месяц проводить 1−2 крупных события, которые бы привлекали в республику тысяч по 30−40 гостей.

— Что для этого нужно?

Иванов: Первое — инфраструктура. В межсезонье на улице фестивали не проведешь, нужен зал. Второе — контент, это тоже большая задача. Сейчас население очень сильно сегментировалось по интересам. Мы видим это даже по развлекательной индустрии Казани. Если раньше были огромные клубы, где собиралось по три тысячи человек, куда просто так не попадешь, то сейчас растет другое поколение, нужно найти их интересы. Модель поведения людей 40−50+ отличается от модели поведения 15−20−25+. Мы должны быть в тренде, понимать, кому нужны большие ивенты, а где лучше организовать много узких, нишевых мероприятий. Это сложная задача, которую нам надо решать. У нас сейчас объявлен конкурс на поддержку событий и мероприятий.

«У нас примерно 12 тысяч номеров в коллективных средствах размещения в Казани и такое же, если не больше, количество квартир»

— Сколько туристов посетили Татарстан за полгода? Каковы итоги летнего сезона?

Санникова: За 6 месяцев Казань посетили 2,8 млн туристов. В среднем путешественники проводили в городе 4 дня. Летний сезон еще не совсем завершился, у нас впереди еще много интересных мероприятий. 27 сентября состоится «Велофест». Приглашаем всех жителей и гостей города, в этом году будет занимательная экскурсия. Сергей Евгеньевич уж точно будет крутить педали (улыбается).

Иванов: Буду. Но сейчас вообще сложно говорить о временных рамках. Если раньше все уезжали строго 30 августа, то сейчас мы видим устойчивый туристический поток в сентябре, октябре и даже в начале ноября.

Санникова: У людей поменялись графики. Теперь кто-то берет отпуска в начале или в конце сентября, договариваются со школами и приезжают семьями. В этот период и цены ниже и туристов меньше, можно более свободно себя чувствовать.

Иванов: Но в целом итогами удовлетворены. Темпы роста турпотока стали меньше, но увеличение все равно есть. В этом году запустились загородные объекты, новые маршруты, было много событий. В целом мы считаем, что туристический сезон прошел успешно.

Единственное — нас настораживает растущий сегмент посуточных квартир. Это для индустрии не очень приятный факт, я вижу здесь зону риска. Из-за чего в Барселоне началось недовольство местных жителей? Люди начали активно бронировать квартиры, произошел негармоничный рост турпотока!

Инфраструктура большого отеля внутри себя вмещает большинство сервисов, необходимых человеку. Там организован вывоз мусора, там можно пошуметь, организованно поесть. А когда большое количество людей рассредотачивается по квартирам города и те, кто приехал буквально на два-три дня, начинают создавать в многоквартирных домах не всегда здоровую обстановку. Кроме того, городские и региональные власти подстраивают инфраструктуру под объем гостиничного фонда. А когда в реальности туристов в два раза больше, она тоже становится перегруженной.

— И какое в реальности соотношение отелей и посутки сейчас в Казани?

Иванов: Мы оцениваем как один к одному. У нас примерно 12 тысяч номеров в коллективных средствах размещения в Казани и такое же, если не больше, количество квартир. Соотношение постепенно меняется не в пользу отелей. Это все дополнительные туристы, которые выйдут на улицы, а у нас уже есть рассчитанная нагрузка в плане мусора, общественного транспорта и так далее.

Санникова: Если женщина 40 лет едет в отпуск с мужем и тремя детьми, то конечно, экономнее будет разместиться в квартире.

— А нормальное соотношение здоровое?

Иванов: Здоровое соотношение — только гостиницы! (смеется) 1 к 0.

— Почему так происходит? Гостиницы дорогие? Может надо их снова собрать, провести работу?

Иванов: Это все равно, что собрать наши автозаправки и сказать: «А давайте вы будете наливать нам бензин не по 60, а по 30 рублей!». Было бы отлично, но это невозможно. То же самое здесь. Гостиниц много, и они работают в жесткой конкуренции, монополий нет. Отели не витают в облаках: их цены такие, чтобы обеспечить рентабельность бизнес-процессов. У них очень большие издержки, очень много расходов на каждый номер, на каждого заезжающего гостя. Поэтому у гостиниц нет возможности, например, в два раза снизить цены. А у квартиры есть: собственник может спокойно сегодня сдать за 10 тысяч, завтра сдать за 5, послезавтра вообще никто не живет, и владелец жилья при этом не несет больших издержек.

Поймите правильно: я не против посуточной аренды. В период пиков она могла бы снижать перегрузку гостиниц. Но в таком виде, как это происходит сегодня, она очень сильно влияет и на стоимость долгосрочной аренды, на этом рынке остается все меньше квартир, нужных тем, кто приехал в Казань надолго — учиться и работать. Для них снимать жилье становится дороже. И при этом посуточные квартиры оказывают серьезное давление на гостиничный фонд. Гостиница обязана быть безубыточной, хотя твой сосед может играть ценой только так.

Сейчас раисом РТ Рустамом Миннихановым принята дополнительная мера поддержки — снижение налога на имущество для вновь построенных гостиниц, чтобы сделать более рентабельными и привлекательными инвестиции в гостиничную инфраструктуру. Если считать, что соотношение гостиничных номеров и квартир 1 к 1, то это значит, что в принципе примерно такого количества номеров в Казани и не хватает.

— Так может у нас уже существующее количество номеров не заполняется?

Иванов: Средняя загрузка в гостиницах составляет 70−71%. Это нормальная загрузка для гостиничной индустрии, бОльшие значения уже ведут к дополнительному напряжению. Есть пики, где 100-процентная загрузка, и есть периоды, где 40%. Поэтому здесь гостиницы могли бы увеличивать номерной фонд, но это непросто при такой конкуренции со стороны квартир. Особенно в сегменте 3−4 звезды, которого нам как раз очень не хватает.

«Майбах» тоже дорогая машина. Но ее же покупают!»

— А все-таки, на ваш взгляд, насколько адекватная стоимость отеля в номерах? Не так давно директор ассоциации туристических агрегаторов Александр Брагин говорил, что якобы дороже Казани (7,3 тыс. рублей за сутки в номере) только Краснодарский край, Москва, Питер и все остальные дешевле.

Иванов: Здесь надо смотреть, что человек получает за эти деньги. Если он платит и чувствует, что переплачивает, это плохо. Если он платит и доволен, даже если это дорого, то это в принципе не так страшно. В целом мы согласны, что есть такое ощущение, что Казань — это не дешево, но ощущения, что кто-то переплачивает, нет!

Гостиницы четко реагируют на спрос: если его нет, цена идет вниз. Наша задача, как туристической администрации, стараться, чтобы гостиничный бизнес был максимально рентабельным, чтобы инвестор смотрел на строительство следующей гостиницы.

В 2005 году, когда мы были дороже Санкт-Петербурга для москвичей на 40% — это была критичная ситуация, мы ее исправили. Сейчас, конечно, цены часто в Казани повыше, чем в Москве и Санкт-Петербурге, но это явление в моменте. В этих двух столицах пока недостаточно иностранных туристов, которые заполняли их номера до коронавируса. Тогда мы были дешевле. С ростом внутреннего туризма мы немножко забираем гостей у этих двух городов, но так как у нас меньше номеров, цена, естественно, выше, чем у них. Но ситуация может поменяться очень быстро, если откроется пара новых гостиниц или увеличится количество иностранных туристов в Москве и Санкт-Петербурге, и там цены на размещение пойдут вверх.

— То есть это не мы дорогие, это Питер с Москвой подешевели?

Иванов: Вы знаете, есть такая вещь, как рыночная ситуация. Поэтому я не стал бы говорить, что наши казанские гостиницы дорогие. Надо говорить, как воспринимается эта цена. «Майбах» тоже дорогая машина. Но ее же покупают!

— А Казань — это «Майбах»?

Санникова: «Роллс-Ройс»! Казань — действительно уникальный город, лучший город на земле, я бы сказала. Сейчас очень важно работать над возвратным туристом, увеличивать процент таких гостей. Это происходит только благодаря созданию новых туристических маршрутов, появлению новых объектов, ну и, конечно, улучшению качество сервиса.

— Какой процент сейчас возвратных туристов?

Иванов: Я думаю, это 60%, если считать возвратность в течение 2−3 лет. Но шутки шутками, возвращаюсь к разговору о «Майбахах» и «Роллс-Ройсах», я вспомнил опыт Турции. Одно время, до пандемии коронавируса, там попытались сфокусироваться на дорогом сегменте, заявив, что бедные туристы им не нужны. Это была ошибочная стратегия, они это быстро поняли. Конечно, свою роль сыграл и коронавирус. Но как только от них стал исходить месседж: «Мы только для обеспеченных», многие путешественники сразу же переориентировались.

Казань и Татарстан как раз для всех групп туристов! У нас очень интересный контент для любого сегмента. Для нас важно, чтобы были гостиницы и две, и три, и четыре, и пять «звезд». Нам надо конкурировать во всех сегментах. Это самая устойчивая модель развития.

— Какие гостиницы откроются в ближайшем будущее?

Иванов: Гостиница на въезде в Алексеевский район, в этом году запустят гостиницу категорию 3 «звезды» в Болгаре «Ибн Фадлан». Плюс хорошо прирастет инфраструктура загородных объектов. За счет программы господдержки появится еще несколько проектов. Автокемпинги мы тоже поддерживаем через субсидии. Очень много людей стало приезжать в Татарстан на автомобиле.

— Это эффект «М12»?

Иванов: Да, сейчас открыли трассу на восток и оттуда потихонечку приезжают туристы. Сейчас стали больше приезжать из Санкт-Петербурга, Москвы и Московской области, других регионов. Причем это очень разные сегменты — есть и обеспеченные путешественники, и семьи с детьми. Ждем, что турпоток по М12 в ближайшие 20, а то и 30 лет будет ежегодно прирастать. Потому что количество автомобилей и их комфортность растет, скорость и комфортность дорог тоже растет.

— В конце августа ассоциация санаториев РТ сообщила, что ситуацию в туротрасли можно описать как тревожную из-за роста стоимости услуг. Согласны с этой оценкой? Что происходит с санаториями?

Иванов: Ситуация с нашей точки зрения не супертревожная. Санатории тоже участвуют в конкурсе по субсидиям и за счет этого могут создавать условия, особенно для тех, кто сейчас возвращается с СВО. Но в целом по ним действуют все те же самые меры поддержки, как и для гостиниц, включая льготные кредиты. Сейчас заявлены проекты строительства новых санаториев в Татарстане, надеемся, что они будут реализованы.

Но да, у нас санаторной блок сейчас находится, так скажем, на плато, а конкуренция растет. Очень сильно санатории развиваются на Кавказе, на Алтае. И сейчас есть смысл создавать не классические санаторные услуги, а центры оздоровления с wellness-программами и спа. Причем не обязательно в премиум сегментах.

В последние годы появился клиент, который хочет в санатории жить в люксовых условиях — и наши санатории тоже пошли в эту сторону, они инвестируют достаточно приличные средства в обновление своего номерного фонда. Пока новых строительств зданий санатории не планируют, но вот модернизация имеющейся инфраструктуры — это тоже очень важный процесс.

— А популярность санаториев как категории сейчас растет или снижается?

Иванов: Я думаю, что растет.

— За счет того, что появляется под них своя новая аудитория, условно участники СВО, или за счет того, что они комфортнее становятся?

Иванов: Я думаю, в первую очередь за счет того, что они становятся комфортнее. В них потихонечку начинает ехать немножко другая аудитория. Если раньше это были двух-трехнедельные путевки, то сейчас многие санаторий предлагают программы выходного дня, туры на 3-4 дня. Аудитория неуклонно молодеет, но в то же время люди, которые выходят на пенсию, хотят заниматься оздоровлением. Они поняли, что лучше в своем климате: отдых в Турции в августе, когда там +40 градусов, это не про здоровье.

«Если лишних денег у населения будет меньше, должна быть более весомая причина, чтобы людям приехать в Казань»

— А что с покупательской способностью людей? Заметили ли ее снижение?

Иванов: Вы знаете, мы пока этот тренд не почувствовали, но мы понимаем, что, скорее всего, он будет. И, конечно, борьба за туриста будет усложняться. Конкуренция между регионами будет возрастать, цены растут на все, и доходы населения, возможно, будут снижаться. И здесь нам придется прилагать еще больше усилий для того, чтобы удержать и, более того, нарастить туристический поток. Если лишних денег у населения будет меньше, должна быть более весомая причина, чтобы людям приехать в Казань. Мой личный прогноз: бороться придется все сильнее. Особенно за российского туриста.

— Какие еще ключевые вызовы сегодня стоят перед туротраслью Татарстана?

Иванов: Для нас первое — это удержать прирост российского турпотока. Повышать возвратность: придумать причину, почему человек снова и снова должен приехать.

Второй вызов — это привлечение иностранного турпотока. Мировая туристическая индустрия растет, нам нужно свой кусочек пирога забрать. Сейчас концентрируемся на рынках Китая, стран Персидского залива и отдельных странах юго-восточной Азии, таких как Вьетнам, Малайзия и Индонезия. Активно работаем с туроператорами, приглашаем их к нам, показываем наши туристические ресурсы, проводим на территории этих стран роуд-шоу и участвуем в выставках. Могу сказать, что многие туроператоры очень хорошо уже знакомы с нашим туристическим продуктом, и постепенно индивидуальные туристы и небольшие группы уже приезжают в Татарстан. Такую работу надо проводить постоянно, чтобы добиться устойчивого туристического потока.

Санникова: Я бы еще назвала одним из вызовов работу над повышением качества предоставляемых услуг и популяризацию рабочих профессий в сфере гостеприимства, повышения престижа этой работы. Чтобы работать в индустрии гостеприимства было интересно и перспективно, чтобы формировались целые династии.

Проблема нехватки кадров повсеместна. Но, тем не менее, можем заметить, что с ростом турпотока и увеличением количества иностранных туристов в Казани особенно нужны экскурсоводы и персонал в отелях и ресторанах, владеющий иностранными языками, в особенности китайским.

— В какой из туристических сфер наибольший дефицит кадров? Сильно ли страдает сервис из-за нехватки персонала?

Иванов: Наиболее острый дефицит сейчас наблюдается в гостиничной сфере и сфере общественного питания. Средняя зарплата здесь отстает от средней республиканской примерно на 20-25%. Конечно, это большой вызов для отрасли. Несмотря на то, что у нас большое количество учебных заведений, тем не менее этот недостаток есть, и нам всем вместе будет необходимо с ним бороться. Решение может быть в виде привлечения в пиковые сезоны на временную работу школьников старших классов для того, чтобы восполнить дефицит в пиковые даты.

— Как меняются тренды на рынке туризма и как вы на них реагируете?

Санникова: Мы видим большую заинтересованность людей в экотуризме: в посещении природных объектов и заповедников, проживании в глэмпингах, катании на сапах по озеру Кабан. Также в Казани развивается отдых на воде: речные прогулки, прогулки на катамаранах, яхтах, парусниках и т. д. Укрепление водного туризма — также одна из приоритетных задач на сегодняшний день.

Мы видим нарастающий тренд на самостоятельных путешественников — для них в первую очередь прорабатываем такой проект, как казанский туристический паспорт. Это некий квест, маршрут с тщательно прописанным сценарием, где на каждой локации можно проставить штампик — физический или виртуальный — и получить в финале какой-то приз. Но главное, что все точки маршрута — а это могут быть не самые очевидные туристические места — должны быть гарантированно интересными, чтобы гости получали удовольствие от процесса. Это будет новая опция легкого, комфортного времяпрепровождение в Казани, когда не надо ломать голову над маршрутом.

— А как вообще понять, получил ли турист удовольствие от поездки в Казань?

Иванов: Сейчас пользователи смотрят на отзывы. Люди пишут свои впечатления о поездке на отзовиках и пользователи ориентируются на это. Пока, к счастью, Казани и республике удается удерживать очень высокую оценку пользователей. Да, у нас есть проблемы, здесь никто в розовых очках не сидит, но в общем и целом степень удовлетворенности людей поездкой в Казань очень высокая.

— А вы сами с этими отзывами как-то работаете?

Иванов: Во-первых, у нас очень хорошо налажена связь с туристическими операторами и с экскурсоводами. Плюс на помощь всегда приходит отельное сообщество. Мы знаем и еженедельно мониторим, какие проблемы есть у бизнеса — вплоть до переполненных мусорных урн в туристических местах — и моментально на них реагируем. Была проблема, например, на острове-граде «Свияжск», туристы, приезжающие рано утром, сталкиваются с тем, что туалеты закрыты: музеи начинают работу позже. Мы договорились, чтобы уборные зоны открывались чуть раньше.

Санникова: В преддверии всех крупных событий и весенне-летнего сезона мы делаем обходы совместно с администрациями районов, комитетом внешнего благоустройства. Мы смотрим прилегающие территории, куда выходят окна отелей, туристические маршруты. Все приводим в порядок. Если возле отелей ведутся строительные работы, мы разговариваем с компаниями, чтобы они соблюдали режим тишины. С отзывами мы достаточно активно работаем и стараемся создать еще более благоприятную и комфортную среду для наших гостей.

— Какие цели стоят перед госкомитетом по туризму на ближайшие три-пять-десять лет?

Иванов: На ближайшие пять лет перед нашим госкомитетом стоит задача увеличить турпоток на 50%. Устойчиво выйти на рынки зарубежных стран — Китая, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Увеличить количество возвратных туристов с российского рынка для того, чтобы развивалась инфраструктура. На 50% должно увеличиться количество гостиниц, номеров, работающих в данной сфере, и самое главное — экономический эффект от туризма для всей нашей республики, чтобы мы имели много высокооплачиваемых рабочих мест, и доходы Татарстана, доходы населения республики росли за счет туризма.

Ксения Соколова, Татьяна Леухина